Как чума повлияла на зарождение культуры пабов в Великобритании


Для баров с многовековой историей пандемия не в новинку: за время существования они столкнулись с рядом кризисов, эпидемий и войн. О том, как зарождалась и развивалась культура пабов Великобритании, рассказывает журнал Atlas Obscura.

— Я угощу тебя пивом, когда все это закончится, — говорит Кристо Тофалли, владелец паба Ye Olde Fighting Cocks, претендующего на спорный титул старейшего бара Великобритании, для которого пандемия совсем не в новинку. Во время карантина Ye Olde Fighting Cocks, расположенный в историческом городе Сент-Олбанс, превратился в пункт общественного снабжения, предоставляющий населению столь необходимые продукты питания и обеспечивающий бесплатную доставку пожилым людям. Во время режима карантина паб даже доставлял местным жителя традиционный воскресный обед. Пандемия коронавируса кажется беспрецедентным явлением, но не для Тофалли. Владелец паба рассказывает, что не унывать его научили уроки прошлого.

Летом 1348 года, спустя несколько столетий после того, как в Ye Olde Fighting Cocks обслужили первого гостя, на южных берегах Великобритании вспыхнула эпидемия чумы. К концу 1349 года болезнь унесла жизни миллионов людей. Все они стали жертвами того, что историк Норман Кантор, специализировавшийся на средневековье, описывал в книге In the Wake of Plague («После чумы»), как «величайшую биомедицинскую катастрофу в европейской и, вероятно, всей мировой истории».

Кантор писал, что средневековое общество не смогло найти более эффективных методов борьбы с чумой, чем «усердное моление, изоляция больных, побег или поиск козлов отпущения, виновных в кошмаре». Беда не обходила стороной знатных и богатых: по пути к своему жениху в Испанию в 1348 году от чумы умерла принцесса Иоанна Английская, вскоре после назначения болезнь поразила и архиепископа Кентерберийского. Чума даже временно приостановила конфликт между французами и англичанами.

Болезнь возвращалась неоднократно. Кантор писал, что в течение столетия после 1350 года на Англию обрушилось по меньшей мере три волны «Черного мора».

По мнению историка Роберта Томбса, автора книги The English and Their History («Англичане и их история»), все эти события сыграли существенную роль в развитии таких заведений, как Ye Olde Fighting Cocks, и культуры пабов Великобритании в целом.

Когда в 1348 году разразилась эпидемия чумы, пиво уже было неотъемлемой частью культуры Великобритании. В своей работе Томбс пишет, что англичане, сражавшиеся с норманнскими захватчиками в Гастингсе в 1066 году, страдали от похмелья. Право на употребление пива свободным населением средневековой Англии было закреплено в Великой хартии вольностей 1215 года, в соответствии с которой вводилась единая мера пива.

Но до «Черного мора» пили «по-любительски». В книге Man Walks Into a Pub: A Sociable History of Beer («Люди и пабы: социальная история пива») журналист Пит Браун пишет, что «общество уделяло большое внимание пивным торжествам, люди собирались, крепко выпивали и кутили». Никаких стандартов производства пива не было, любой желающий мог сварить эль у себя дома. Существовала даже традиция закреплять на столбе возле дома зеленую ветку, чтобы сообщить окружающим о продаже эля, добавляет Браун.

Однако к 1370-м годам из-за «Чёрного мора» погибло около 50% населения, как следствие, возникла острая нехватка рабочей силы. В конечном счете это оказалось крестьянам на руку — они смогли требовать больше денег за свой труд и добиваться более высокого уровня жизни. Пивные в жилых домах, торговавшие избытками эля, стали вытесняться коммерческими заведениями. Качество пива и еды в них было заметно лучше.

— Выжившие после «Чёрного мора» тратили большую часть средств на продукты питания, одежду, дрова и домашнюю утварь, — заявил профессор Университета Восточной Англии Марк Бейли. Ученый полагает, что именно чума стимулировала развитие культуры пабов в Великобритании. — Люди пили больше хорошего эля, ели всё больше качественного хлеба, мяса и молочных продуктов. Наряду с увеличением доходов у крестьян появилось больше свободного времени.

Не каждое заведение выглядело как современный паб: многие эльхаусы были домами, в которых жили пивовары, постоялые дворы предлагали эль и ночлег, а таверны были своего рода средневековыми винными барами — пережившим века наследием римской таберны.

Но атмосфера пабов зародилась именно тогда. У крестьян появилось время и деньги на более качественную еду, напитки и отдых.

— Люди стали пить больше эля, из Нидерландов начали завозить охмеленное пиво. Пивоварение стало коммерческим, появились таверны, где пили и играли в игры, — пишет Томбс. — Так родился английский паб.

Со временем эльхаусы, постоялые дворы и таверны превратились в публичные дома (места для сбора), деятельность которых регулировали власти. Ричард II издал указ, согласно которому владельцы питейных заведений и постоялых дворов должны были обозначать свои заведения не зелеными ветками, а специальными вывесками, пишет Браун.

— Постепенно коммерческие пивоварни начали строить большие дома, которые становились местом сбора местных жителей, отсюда и термин «публичный дом». Современные пабы сохранили этот общинный аспект, как и прежде, гости собираются вместе, говорят обо всём, что волнует, напиваются и коротают вечера.

Преемственность прослеживается и в той заботе о местных жителях, которую проявляет Ye Olde Fighting Cocks , снабжая их продуктами питания во время карантина.

— Гости могли здесь выпить и пообедать во все времена, — говорит Тофалли, — даже во время войн, кризисов и эпидемий.

Другие традиционные пабы, потерявшие во время карантина возможность обслуживать клиентов в привычной манере и вынужденные выживать, начали проводить виртуальные встречи завсегдатаев, чтобы не терять связь с местным сообществом.

Для британцев паб всегда был чем-то большим, чем просто местом, где продают пиво, именно поэтому ограничения ощущаются так остро.

— Это удар в самое сердце нашей культуры, — говорит Тофилла.

По мнению Брауна, «пабы — краеугольный камень Великобритании, имеющий первостепенное значение даже для тех граждан, кто придерживается трезвого образа жизни».

Но, к сожалению, даже тысячелетняя история заведения не даёт никаких гарантий на выживание.

— Никто толком не знает, как всё сложится, — говорит Тофилла. — Нам остаётся лишь стараться качественно делать свою работу и надеяться на лучшее.

Комментировать